Комментарии В.Н. Никонова по делу о ДТП в Саратове 

Не так давно вся страна пристально наблюдала за расследованием ДТП в Алтайском крае, в котором погиб известный артист и губернатор Михаил Евдокимов. Фемида, как это часто бывает, сразу «назначила виновным» стрелочника Олега Щербинского. Однако, благодаря квалифицированной защите и возмущению автолюбителей, г-н Щербинский был оправдан кассационной инстанцией, причем по тем же основаниям, по которым был осужден судом первой инстанции, и вышестоящий суд счел вину Щербинского не доказанной.

В Саратове идет суд по своему громкому делу – ДТП на перекрестке улиц Чапаева и Бахметьевской, где погибли четыре пешехода. Обвинение предъявлено водителю Ягуара Дмитрию Жукову, который утверждает, что стоял в момент столкновения, пропуская пешеходов. До моего участия в процессе я не мог его комментировать. Но 18-19 июня я участвовал в судебном заседании, где были оглашены все экспертные заключения, и теперь возможно дать комментарий.

ДТП – это сложный механический процесс. Большая роль в установлении причин и механизма ДТП здесь принадлежит экспертам. И вот здесь в полной мере проявляется техническая отсталость традиционной автотехнической экспертизы от современного уровня науки. Механика – наука точная. Но невозможность для эксперта рассчитать какие-либо параметры подчас вынуждают его домысливать ситуацию, обосновывая свои действия наукоподобными рассуждениями. Это кажется логичным юристам, но прорехи четко видны механикам.

Итак, Мерседес Корсунова въезжает своей левой передней частью в правую переднюю часть Ягуара Жукова с перекрытием до 50см. Стоял ли в этот момент Ягуар или двигался – это самый главный вопрос, в значительной мере определяющий виновника. Установить или опровергнуть этот факт экспертным путем можно двумя способами – механическим, исходя из законов движения, и трасологическим, исходя из следов, оставленных автомобилями друг на друге.

Все имеющиеся трасологические признаки говорят о том, что Ягуар стоял в момент столкновения, и нет ни одного признака, который бы свидетельствовал обратное:

  1. На крыле Ягуара имеется четкий отпечаток фигурного края капота Мерседеса – если бы Ягуар двигался, отпечаток был бы размыт;

  2. На крыле Ягуара имеются следы скольжения частей Мерседеса в направлении снизу вверх с дальнейшим плавным отворотом сзади вперед (относительно продольной оси Ягуара) – в начале контакта Мерседес двигался практически перпендикулярно стоящему Ягуару, оставляя вертикальные царапины, которые по мере прогиба крыла Ягуара и его разворота против часовой стрелки плавно отворачиваю вперед;

  3. На капоте Ягуара имеются перпендикулярные продольной оси Ягуара следы черной краски от капота Мерседеса – раскрывшийся от удара капот Мерседеса упал сверху на капот стоящего Ягуара и двигался относительно Ягуара справа налево. Если бы Ягуар сам двигался вперед, то следы краски на Ягуаре были под углом в направлении справа налево и спереди назад;

  4. На крыле Ягуара вообще нет горизонтальных динамических следов.

Таким образом, вывод на основе традиционной криминалистической науки категоричен – Ягуар в момент столкновения стоял.

Теперь механика. Всем известен закон сохранения количества движения (масса, умноженная на скорость), который говорит, что суммарное количество движения двух автомобилей до и после столкновения одинаково. Тогда эксперт имеет восемь неизвестных задачи: два угла (например, к краю дороги улицы Чапаева), под которыми центры масс Ягуара и Мерседеса двигались после удара, еще два угла, под которыми они двигались к месту столкновения до удара, две их скорости до удара и две их скорости после удара.

Эксперт может достаточно точно установить скорости движения автомобилей после удара по затратам кинетической энергии на работу сил трения шин об асфальт, если известны их следы от места удара до конечного положения. Так же по следам шин можно установить и углы движения центров масс непосредственно после удара. Непосредственно после удара – это очень важное условие, так как при дальнейшем движении различные факторы, в том числе действия водителей, могут изменить эти направления. Таким образом, из восьми неизвестных четыре можно определить по следам. Из двух углов движения центров масс автомобилей до столкновения достаточно знать один, а второй можно вычислить, если известен угол между продольными осями автомобилей в момент удара. А его всегда можно установить с погрешностью до 10 градусов, состыковав автомобили их повреждениями. Тогда остаются две неизвестных скорости автомобилей в момент удара, для которых можно записать два уравнения из закона сохранения количества движения.

Московские эксперты полностью игнорировали собственную же методику транспортно-трасологической экспертизы, и следы, о которых говорится выше, никак не комментируют, в рассуждениях и выводах не используют. Почему - решать читателю.

А вот теперь давайте посмотрим, как московские эксперты домысливают ситуацию, и на основе голых предположений делаю вывод о движении Ягуара. Ведь никаких следов, кроме следов Мерседеса при движении к столбу рекламного щита в деле нет. Эксперты строят масштабную схему ДТП со следами Мерседеса и пишут, что «построения конфигурации этих следов проведены приблизительно». То, что получилось приблизительно, показано ниже на рисунке.

Схема в экспертизе московских экспертов. На рисунке горизонтально – улица Чапаева, вертикально – улица Бахметьевская. Слева вверху Мерседес, движущийся по улице Чапаева, сталкивается с Ягуаром. Далее Ягуар под углом 9 градусов движется по проезжей части улицы Чапаева, а Мерседес разворачиваясь правым боком вперед выезжает на тротуар, где наезжает на четырех пешеходов, своей задней левой частью наезжает на столб рекламного щита, от удара разворачивается вдоль улицы Чапаева и движется далее по тротуару.

Фактическое место столкновение автомобилей неизвестно, оно могло быть и ближе к правому краю улицы Чапаева, т.е. ниже на рисунке. Следы Мерседеса идут под углом 16 градусов к краю улицы Чапаева, но эксперты как-то, без объяснения, получают 25 градусов. Неизвестно, как двигался Ягуар к конечному месту положения – по кратчайшей прямой или по какой-то кривой. Методика траспортно-трасологической экспертизы прямо запрещает так определять угол, если до конечного положения автомобиля расстояние десятки метров. Но самим-то москвичам Москва – не указ, и появился угол 9 градусов.

Особо еще раз замечу, что экспертами установлены не возможные интервалы углов «от .. до …» или «не более …», а их якобы категоричные значения. Вот как!

Смотрим далее. Скорости автомобилей после удара установлены экспертами при условиях «вторичное контактирование автомобилей не учитывалось при расчетах, расположение места столкновения на схеме указано приблизительно (тогда углы-то почему не приблизительны?!), потери энергии на деформацию кузовов автомобилей и на контактирование с мачтой опоры рекламного щита не учитывались». Тогда скорость Ягуара после столкновения, установленная экспертами, составила 17км/ч, и нет ни слова, что фактическая скорость могла быть больше. Скорость Мерседеса после столкновения, установленная экспертами, составила 46км/ч, и вновь нет ни слова, что фактически она могла быть больше и намного.

И теперь главный домысел экспертов, который однозначно приводит к выводу о движении Ягуара в момент столкновения – Мерседес в момент столкновения двигался параллельно краю улицы Чапаева. Но фактически-то он мог отворачивать вправо, т.е. двигаться под любым углом до 16 градусов, как следует из схемы ДТП, или до 25 градусов, как следует из «приблизительных построений» экспертов. При предположении, что Мерседес не двигался под углом вправо, следует вывод о скорости Ягуара в момент столкновения около 29км/ч.

Об абсурдности этой цифры я тоже говорил в суде. Ягуар поворачивал налево на улицу Чапаева. При этой скорости 29км/ч его минимальный радиус движения без заноса под действием центробежной силы составляет 31м, что значительно больше ширины улицы Чапаева 16м и ее половины 8м.

Но с точки зрения закона сохранения количества движения все правильно, что видно из иллюстрации ниже. Но это закон – не единственный в механике, и решение должно удовлетворять и иным законам.

    На рисунке мы видим, что оба автомобиля после удара движутся вправо от линии движения Мерседеса до удара, и суммарное количество движения автомобилей после удара никак не может быть равно количеству движения Мерседеса до удара. Поэтому-то красный вектор количества движения Ягуара и уравновешивает суммарное количество движения до и после удара. Вывод – Ягуар двигался, т.е. не уступил дорогу, неожиданно выехал.

    Но и из теоретической механики, и из методики транспортно-трасологической экспертизы известно, что объект, обладающий наибольшей массой и скоростью в момент эксцентрического удара, в меньшей степени меняет свое направление движения. Мерседес до удара как мог двигаться параллельно улице Чапаева, так и под углом вправо – это никем не установлено.  


    Но тогда следует вывод о том, что Ягуар стоял в момент столкновения, соответствующий выводу транспортно-трасологического исследования, что и показано на рисунке выше – количество движения Мерседеса до удара равно количеству движения обоих автомобилей после удара.
    Не будет ограничиваться анализом рисунков. Пусть ось Х совпадает с вектором количества движения Мерседеса до удара, и, соответственно, с вектором суммарного количества движения автомобилей после удара. Проведем аналитический анализ, приняв для начала углы московских экспертов 9 и 25 градусов. Обозначим угол между осью Х и направлением движения Ягуара после удара как , а угол между осью Х и направлением движения Мерседеса после удара как . Тогда условие того, что Ягуара стоял, есть равенство нулю суммы проекций векторов количества движения обоих автомобилей после удара на ось, перпендикулярную оси Х

m1 u1 sin()=m2 u2 sin(),

где:
m1=1545кг – масса Ягуара с водителем,
u1=17км/ч и выше – скорость Ягуара после удара,
m2=2080кг – масса Мерседеса с водителем,
u2=46км/ч и выше – скорость Мерседеса после удара.

Умножим массы на скорости и перепишем это выражение в виде

26265sin()=95680sin(),

или после преобразования

       sin()/sin()=3.64.

Запишем угол  как функцию угла в виде =(25-9)- =16- . Графически построим функции y=sin(16- )/sin() и y=3.64, что показано ниже (ось Х – в радианах).

Мы видим, что функции пересекаются в точке =0.06 рад=3.4 градуса. Таким образом закон сохранения количества движения при значениях углов 9 градусов и 25 градусов, даже вымышленных московскими экспертами, дает решения:

1)если Мерседес двигался до столкновения под углом к краю улицы Чапаева менее 25-3.4=21.6 градуса, то Ягуар двигался вперед;

2)если Мерседес двигался до столкновения под углом к краю улицы Чапаева ровно 21.6 градуса, то Ягуар стоял в момент столкновения;

3)если Мерседес двигался до столкновения под углом к краю улицы Чапаева более 21.6 градуса, то Ягуар стоял в момент двигался задним ходом.

    Оставив угол движения Ягуара 9 градусов в покое, и повторив расчеты для угла движения Мерседеса после удара 16 градусов, что следует из схемы ДТП, получим значение критического угла движения Мерседеса до удара не 21.6 градуса, а чуть более 14 градусов. 

    Разность 14 и 16 градусов есть 2 градуса. Отметим, что на циферблате часов минутное деление составляет 6 градусов, т.е. 2 градуса – треть минутного деления. Но этот угол – цена свободы водителя Ягуара Дмитрия Жукова. 

    Московские эксперты получили одно из множества решений задачи столкновения, не варьировали в разумных пределах параметрами, которые ими были приняты, а не установлены следствием, и их выводы  - вероятностные. Но никто не может быть осужден на основе вероятностного заключения экспертов и их домыслов – так гласит закон. Слово – за саратовской Фемидой.

    Этого же не может не понимать и потерпевший доцент кафедры окружающей среды и безопасности жизнедеятельности биологического факультета СГУ, кандидат физико-математических наук Евгений Альтшулер – специалист в электромагнетизме, но не в механике (Он дал свои комметарии "Новой газете").  Поэтому его сомнения, высказанные в №30 Новой автомобильной газеты «Шофер», как мнение не специалиста, возможно и оправданы. Но я надеюсь, что этой статьей и ответами в суде развеял его сомнения.
    Таким образом, категоричного механического доказательства "стоял – не стоял Ягуар", просто нет. Остается только категоричное трасологическое доказательство. Скорость же Мерседеса, ударившего в стоявший Ягуар, с учетом расхода энергии на деформации всех конструкций, была от 70 до 100км/ч в зависимости от возможного угла его движения в момент удара. Все возвращается на круги своя, и новый щербинский - Дмитрий Жуков ждет своей участи.

Кто следующий?

Против любых перепечаток статьи без сокращений и редактирования автор не возражает.


Владимир Никонов,
ведущий научный сотрудник Института механики Уфимского научного центра РАН,кандидат технических наук, доцент,
автор 60 научных трудов по расчету больших пластических деформаций конструкций и реконструкции механизма ДТП.



   © 2008 г.,  ЦНЭАТ , г. Самара, ссылка на ЦНЭАТ и страницу обязательны (www.cneat.ru)




Главная

Назад